Часть 4. Весна, плавно переходящая в лето

Продолжение весенней темы.

В первый же год, как только у нас появилась хорошая теплица, мы посадили помидоры. Строго говоря, теплица появилась во вторую нашу деревенскую весну. В первую-то мы просто физически не успевали с посадками, дай бог закончить к зиме строительство дома. Помидоры здесь не сажал никто: ни в нашей деревне, ни в соседних. Объясняли просто: «возни много». Вообще, в процессе, так сказать, вживания, мы не переставали изумляться. А уж когда посмотрели соседские огороды — вообще впали в ступор. Я всё время вспоминала Чеховские описания крестьян — неимоверная жадность, прижимистость и, одновременно, какая-то детская доверчивость и непосредственность. Немалые земельные участки, как правило, разделены примерно пополам. Одна часть, на которую у стариков не хватает сил, заброшена и зарастает жёсткой болотной травой в пояс высотой, а также крапивой, репейником, вьюнком и берёзово-осиновым подростом. Окультуренная используется до последнего клочка — засаживается картошкой. Она вырастает мелкой, с куриное яйцо, продырявленной проволочником. В целях максимального использования обработанной земли картошку сажают тесно, борозды между рядами такие узкие, что пройти можно с трудом. Ещё много выращивают лука, не слишком крупного, семейного ( из одной луковки вырастает 5-6), он хорошо хранится всю зиму. У всех обязательно есть длиннющая гряда огурцов. Посаженные на тощую неплодородную землю, они быстро желтеют, заболевают и уже в августе огурцов нет. Кроме того, в огородах имеется небольшая грядка моркови, такая же — свёклы, обязательно выращивается чеснок. У некоторых чахли страшненькие, изъеденные гусеницами, худосочные кочанчики капусты. Всё! Никакого разделения на сад — огород и в помине нет. Здесь же, в окружении картошки, почти вплотную подходящей к стволу, мучаются  старые неухоженные яблони с обломанными засохшими сучьями, растрескавшимися стволами, с загущенной до последней невозможности кроной. А яблони-то хорошие, с крупными сладкими плодами, но…изъеденными плодожоркой и покрытые паршой. Нынешние сорта со всевозможными красивыми названиями по вкусовым качествам и близко нельзя сравнить с Белым Наливом, Коричным Полосатым, Мелбой, Ренетом Симиренко. Здесь же, в огородах, страдают несколько кустиков чёрной смородины, сплошь заросшей крапивой, лопухом и задушенной вьюнком. В общем, всё в кучу — кони, люди. Ни о какой клубнике — землянике, ещё каких-то ягодах и речи не могло быть.

Переезжая на новое место жительства, мы везли с собой саженцы. Продавая садовый участок, договорились, что новые хозяева позволят нам забрать некоторые растения. Так что мы привезли черенки сортовой смородины, отличную малину сорта Память Шукшина, саженцы терносливы, обычной красной сливы — очень сладкой, с тонкой кожицей, безусую землянику и клубнику, конечно же все мои цветы: луковицы гладиолусов — пятьдесят шесть сортов, тюльпаны, правда обычные — гибриды Дарвина, пролески, ксифиум, незабудки, примулы, первоцвет, ландыши, розы, ну и другие, не стану перечислять все. Поскольку я всю жизнь увлечена лекарственными растениями, привезли семена, корневища и крохотные укоренившиеся растеньица мелиссы, валерианы, маральего корня, мяты, душицы, зверобоя, медуницы, кровохлёбки, пиретрума и др. Мы привезли даже две малюсеньких груши и два абрикоса в контейнерах, с хорошей корневой системой. Жаль, что они не смогли расти на здешней плохой земле и через несколько лет погибли, несмотря на все наши усилия.

Меня поразило отсутствие в деревне птиц. Не было даже воробьёв! Где-то далеко в лесу куковала кукушка, ночами у речки, в зарослях, иногда пели соловьи, но в деревне не было ни одной птички. Мы привыкли, что даже в большом городе постоянно видишь птиц — воробьёв, синиц, ещё каких-то. Зимой к нам на кормушку, которую мы вешали за окном, постоянно прилетали снегири.  А тут — тишина. Мне было грустно. Смешно сказать: я скучала по воробьям. Но вот однажды, поздней весной, вдруг появились две пичуги. Они прыгали по яблоне, а я, можно сказать, не дышала — боялась спугнуть.

Воробьи больше не улетели, а остались в саду. Я спешно поставила на видное место  старую тарелку с водой, рядом покрошила хлеба. Хорошо, что дома был батон, от него и отрезала кусок. Просто счастье, что имелся белый хлеб, потому что ассортимент тверского хлебозавода очень беден. Выпускается безвкусный кислый чёрный и несколько видов белого, различающегося лишь формой. Привычного нам пшеничного здесь нет. Известно, что птицам чёрный хлеб давать нельзя, он вреден для их пищеварения. Недаром они не едят рожь. Так что батон подвернулся вовремя. В дальнейшем мы стали выпекать хороший пшеничный хлеб в обычной духовке, предварительно купив четыре стеклянных формы именно для такого случая.

Воробьи съели угощение и остались жить у нас. На следующий день я обнаружила, что они носят под шифер на крыше соломинки, пёрышки и какой-то мусор. А вскоре там запищали птенцы.

Мы ломали голову, почему же в деревне нет птиц? Ведь кое-кто держит кур, мы слышим, как поют петухи. Оказалось, что обленившееся население кормит кур комбикормом. Поэтому-то домашние яйца ничем и не отличаются от магазинных: такие же безвкусные, с чрезвычайно непрочной  скорлупой. Кроме того, настоящим бедствием являются кошки. Известно, что одна кошка уничтожает птичьи гнёзда, находящиеся на земле, в радиусе трёхсот метров. Кстати, деревенские и не отрицали, что кошки выбили всех жаворонков, гнездящихся в поле, в высокой траве. Уничтожают они и соловьёв, потому что эта птичка при опасности падает на землю и пытается затаиться, где и попадает кошке в зубы. На мышей они охотятся лишь тогда, когда имеются котята. Коты вообще предпочитают ловить птиц. Жители не видят в этом ничего особенного и часто просто не кормят животных и  выкидывают их, чтобы они сами искали себе пропитание. Много кошек остаётся после отъезда дачников.

В дальнейшем, когда наш сад стал местом обитания или хотя бы постоянной столовой для множества малышни — воробьёв, синиц, гаичек, лазоревок, зеленушек, снегирей, ещё каких-то, кошки повадились их убивать. Правда, после гибели парочки из них в зубах нашего пса, грюнендаля Роя, на участок они больше не заходили.

Так вот, продолжу о наших нововведениях. Помидоры мы сажали только высокорослые, с крупными мясистыми плодами: Космонавт Волков, Бычье Сердце. Для консервирования в собственном соку посадили четыре штуки сорта Челнок. Местные смотрели на наши дела скептически, с ностальгией вспоминали, что когда-то, во времена их детства, помидоры росли прямо на колхозных полях. Нам было неинтересно: что толку вздыхать о прошлом и ничего не делать в настоящем?

В августе я угостила соседей помидорами — вручила по одной штуке. Каждый плод весил восемьсот — девятьсот грамм! Потрясение для них случилось необыкновенное! Некоторое время нам не верили, что такие гиганты выросли у нас в теплице. Пришлось организовать экскурсии. На следующий год на двух-трёх участках появились маленькие теплицы из сотового поликарбоната.

Нам с мужем, Борисом, нравилось заниматься землёй, внедрять новшества в выращивании садовых и огородных культур. Ни разу в жизни мы не сажали картошку, да и где её посадишь в миллионном Челябинске? Теперь он увлёкся агротехникой выращивания картофеля. В результате мы отказались от всего, что нам советовали местные. За зиму Борис почитал статьи в интернете, а весной мы посадили картошку. Заняли под неё одну сотку, ряды сделали сдвоенные, борозды широкие, чтобы мог пройти культиватор со снятыми боковыми захватами. Всё лето картошку пололи, ежедневно собирали жука, а по бокам ряды замульчировали скошенной травой. Земля под нею оставалась рыхлой и прохладной. То лето оказалось засушливым, в июле не было ни одного дождя. Мы поставили дождевальную установку и дважды провели полив картофельной сотки. Мне хотелось как-то улучшить питание растений, поэтому при посадке  в каждое гнездо я бросала по одному бобу. Урожай получили отличный, клубни были ровные, крупные, чистые. На зиму хватило и нам, и семье сына. Не знаю, как повысилось содержание азота, а вот проволочник нашу картошку не тронул. У соседей она вся дырявая, а у нас чистенькая! С тех пор мы всегда при посадке рядом с картофелиной в гнездо кладём боб. Деревенские морщили нос, не верили, но сейчас у многих на их громадных картофельных полях растут бобы. Правда, они по-прежнему почти не пропалывают  ряды и уж тем более не поливают и не мульчируют в жару. Но если раньше, к августу, от несчастной картошки, объеденной колорадским жуком, оставались голые побеги, то теперь хозяева время от времени проходят по полю, размахивая веником, окунаемым в раствор карбофоса. У некоторых даже появились опрыскиватели.

Сущим бедствием для нас явился урожай яблок. Вылеченные от парши, очищенные от старой коры и мха, с прореженной кроной, старые яблони одарили нас невиданным урожаем.

Мы растерялись, не зная, куда девать такое количество яблок. У соседей тоже их было много, но — мелких, сплошь покрытых паршой. Яблоки везде: мешки стояли в сарае, корзины с самыми крупными и чистыми — в прихожей, сын ящиками увозил их в Москву, на работу, угощая сослуживцев.

Соседки ездили в Тверь, продавали , а я торговать не умела, да и душа к этому не лежала. Борис решил купить большую соковыжималку, чтобы гнать сок. Весь дом пропах ароматом сладких яблок.

В следующей части напишу, пожалуй, о бедных сельских пенсионерах, которые совсем не бедные.

1

Поделитесь статьёй:
Оцените статью:
- 3 +
Получите бесплатную консультацию практикующего юриста онлайн!